Всё более интересным начинает быть не простое интервью, а интервью с элементами дискуссии, где журналист получает право высказывать свою позицию. Сейчас именно эти интервью, где активная позиция журналиста проявлена, популярны.
Что это значит? Это значит, позиция должна быть. Какая же?
Напрашивается версия либеральной позиции, так как журналистика, как говорят, свободная профессия. Но это не всегда так. Мы не будем погружаться в идеологемы, остановимся только на профессиональных особенностях журналиста, принимающего активную позицию в дискуссии.
Знать предмет
Для многих увеличение нагрузки в интервью трагично: они "плывут", не зная вопроса, а значит не имея позиции. Ведь вступление в диалог заставляет журналиста вести прямую речь по сложным темам. Коротким вопросом уже не ограничишься. Это значит, журналисту нужно быть в теме, а значит выбирать тему для дискуссии. То есть профессионализм начинается с момента выбора тематического профиля: литература, политика, экономика, криминалистика и проч. Только погрузившись в вопрос, можно о нем свободно говорить. Более того — значит главные тонкости и цепляющие проблемы.
У меня было интервью по необходимости Транспортного кодекса с человеком, приближённым к министерству. Он говорит: нет необходимости в Транспортном Кодексе, потому что многие проблемы сняты, узлы развязаны. Долгие его доводы я парирую одним вопросом: как же не нужен, если нет транспортной идеологии в стране, а есть поле боя — на котором гибнут до 35 тысяч наших сограждан в год, больше чем за 10 лет Афганистана! — Он замолчал, и это было фактическим признанием довода. Озвученная проблема сразу сделала любые другие доводы против невесомыми.
Тенденциозность
Но собственная активная позиция журналиста несёт в себе огромные риски. Её можно назвать тенденциозностью, односторонностью, предубеждением — много определений, но ясно, что она вызывает многие претензии и неприятие.
Действительно, может ли журналист позволить себе свою позицию, если его задача — объективность?
Любопытно то, что на сегодняшний день, когда общество стоит перед многими вызовами, выбором, заряжено идеологемами, журналист с позицией приобретает интерес именно своей тенденцией. Более того, многие практики входят в роль журналистов, чтобы сообщить о позиции в роли журналиста: Михалков берёт интервью у Задорнова для своего "Бесогона", Бондарчук ведёт кинопередачи, Прилепин делает передачу для своих "Чай с Захаром" и прочее. То есть тенденциозная журналистика сейчас в фаворе. "Эхо Москвы" слушают те, у кого нет никаких сомнений в либерально-антигосударственной позиции Венедиктова или Жанны Немцовой, дочери Бориса Немцова, на немецком DW. Никто не требует никакой объективности.
Это интересная тенденция. Требуется сегодня более мастерская, более ловкая, более убедительная подача уже известной позиции. Она вытесняет объективность. То есть журналистика почти вся скатывается к партийности. Это несомненный новый тренд в журналистике. И он требует журналистов предельно идеологизированных, от которых изначально не требуется объективная журналистика, а требуется ударность, жёсткость отстаивания своей. И даже те, кто пытается оставить себе ореол объективности, вроде Познера, постоянно обнаруживают чёткие позиции по основным вопросам. То есть по мелочи и частностям можно быть и объективным, а по главным — ни при каких условиях. Особенно это заметно в ток-шоу у Соловьева. Он в мелочах может принимать аргументы разных позиций, являя объективность, но в трёх вопросах никогда — причём без каких-либо обсуждений.
Плохо это или хорошо — потеря объективность в пользу тенденциозности? Вопрос хороший, старый, что есть журналистика — информирование или пропаганда? Оставим его для другого случая, но ясно, что если не вписаться в текущий тренд, то можно остаться без профессии.
